Погодин Радий Петрович

 

 

 

 

Все говорят, что Радий Петрович Погодин был очень хорошим человеком, и, когда рассказывают о нем, сильно волнуются, боятся упустить самое главное.

Но кто же возьмется решить – что было главным в те первые, бурные тридцать лет, когда писатель Погодин еще не стал писателем?

Радий Погодин родился 16 августа 1925 года в деревне Дуплёво. Про самое-самое раннее деревенское детство известно только, что растила мальчика мама, потому что родители были в разводе и отец жил в Ленинграде. Скоро, впрочем, и Радий с мамой перебрались в Ленинград. Сын пошел в школу, а мама устроилась на завод. Происходило это все на Васильевском острове, где нет знаменитых петербургских дворцов, а только старые дома, бесчисленные серые дворы и лихие мальчишки, не привыкшие уважать слабых. А Радий и не был слабым. Не слишком большого роста – это да, но двухпудовую гирю поднимал на глазах у всех, ловко ходил на руках, а главное, был отчаянно смел. Ему ничего не стоило, например, во время школьной переменки улечься загорать на узком карнизе между окон верхнего этажа. Смелость скоро пригодилась, потому что началась война.

Из военкомата, куда мальчишки пришли проситься добровольцами на фронт, их, разумеется, выгнали. Мама долго упрашивала и, наконец, уговорила сына вернуться в деревню, к родственникам, и там переждать, пока наши победят. Он послушался. Но когда стало ясно, что Ленинграду грозит блокада, пятнадцатилетний Радий Погодин не удержался. Чтобы вернуться в город, ему понадобилось два раза перейти линию фронта, пробраться сквозь территорию, занятую фашистами. На самых подступах к Ленинграду он был ранен.

Блокада замкнулась. Любимый старший брат с первых же дней войны ушел на фронт и там погиб. Мама умерла. Радий пытался выжить, как мог, однако беда оказалась сильнее.

Погодина вывезли из Ленинграда на носилках почти без признаков жизни. Но он сумел подняться и в январе 1943 года, семнадцати лет отроду, все-таки ушел на фронт. И дошел до Берлина. Он был разведчиком во Второй гвардейской танковой армии, которая воевала против танковых дивизий СС «Мертвая голова» и «Викинг». В День Победы ему еще не было двадцати, но у него было два ордена Славы, два ордена Красной Звезды и медали за освобождение европейских столиц. Но у него не было аттестата зрелости, потому что война «вырвала» его из восьмого класса.

Оказавшись снова «на гражданке», сержант Погодин сразу пошел на ускоренные курсы, но ученическое сидение показалось ему смешным и ненужным, и он начал менять профессии и города. Был грузчиком, молотобойцем, пожарником, мойщиком окон и даже вожатым в детском туберкулезном санатории.

Однажды, когда на собрании трудового коллектива всем читали партийное постановление, осуждающее писателей Зощенко и Ахматову, и коллектив молчал, Погодин сказал, что «Зощенко и Ахматова как были великими писателями русскими, так и останутся». После собрания взрослые бывалые люди объяснили двадцатилетнему фронтовику, чем такие выступления кончаются. Погодин бросился в бега. «Скрывался, ездил по стране. В паспорте фамилию и имя подделал. Вести такую жизнь я мог бы очень долго: все-таки бывший разведчик. Но решил эту баланду не тянуть. От чувства загнанности устал...»

Как только Погодин вернулся в Ленинград, на него донесли. И тут случилось неожиданное: председатель трибунала, полковник и тоже фронтовик, добился для сержанта не политической, безнадежной, а «простенькой» уголовной статьи. И этим спас будущего писателя. Но в лагерь «преступника», тем не менее, отправили и все боевые награды отняли. Отбывание срока продолжалось пять лет. А военные ордена Радию Петровичу Погодину вернули только в пятьдесят лет.

Первый свой рассказ он написал на спор. После лагеря работал на заводе Коминтерна. Соседи по общежитию читали книжку какого-то современного автора и хвалили ее, а Погодин сказал: «так-то и я могу написать». Его подняли на смех. Тогда он взялся и за два-три вечера действительно написал свой первый рассказ, за который его сразу приняли в Союз писателей.

О книгах для детей Радий Петрович тогда и думать не думал. Все, что писал для взрослых, было названо «космополитизмом, модернизмом, всякими такими словами, за что тогда сажали. А я только что вышел. Сесть второй раз не хотелось...» – честно признается Погодин. Нужно было «либо бросить писать, либо найти вид литературы», не связанный с понятием «космополитизм». «Выбрал детскую литературу, куда и ушел».

На этом кончается одна история жизни замечательного человека Радия Петровича Погодина и начинается другая. Вся она – в его книгах.

В 1957 году появился первый сборник рассказов «Муравьиное масло», через год – знаменитые «Кирпичные острова», наконец, в 1960 году – книжка с самым солнечным названием «Рассказы о веселых людях и хорошей погоде». 

Хитрый-хитрый писатель Погодин! Ну разве найдется человек, который не примется тут же менять местами все эти слова! И тогда получится «веселая погода», а люди – хорошие. Обязательно – хорошие?

В одной самой что ни на есть детской погодинской книжке, «Книжке про Гришку», один старый художник по фамилии Мартиросян говорит о свободе и счастье так:

– По той дороге, по которой я шел, уже никто туда попасть не сможет. Туда каждый свою дорогу ищет.

Вот, собственно, для того, чтобы позвать в эту дорогу, и написаны все книги Погодина, многочисленные повести, рассказы и сказки – «Ожидание», «Трень-брень», «Лазоревый петух моего детства», «Откуда идут тучи», «Земля имеет форму репы»...

 


Погодин, Р. Живи, солдат

 

Конечно, эту повесть нельзя считать автобиографией писателя. Но если автора зовут Радий, а главного героя – Аллегорий, и происхождение этого имени специально обсуждается, если автор и герой в школьные годы больше любили ходить на руках, чем на ногах, если оба попали в ленинградскую блокаду... На самом же деле эта книга – о войне. О том, как мальчик, ставший солдатом, принимает свой первый бой.


Погодин, Р. Где ты, Гдетыгдеты?

 

Сказки Радия Погодина всегда происходят не в каком-нибудь тридесятом царстве, а прямо там, где люди живут своей обычной повседневной жизнью. Например, в городе Новгороде или в деревенской местности, неподалеку от Ленинграда. Нужно только, чтобы у людей была фантазия, чтобы они умели шутить и доказывать при помощи строгого математического уравнения, что Земля имеет форму репы...


Погодин, Р. Книжка про Гришку

 

Погодин считал, что эту книжку могут читать люди от 6 до 60. Он был прав. И дело не только в том, что, кроме дошкольника Гришки, здесь есть очень много взрослых и даже пожилых участников удивительной жизни в красивой новгородской деревне Коржи. В эту книжку было бы интересно заглянуть воробьям, потому что как раз воробей по имени Аполлон учит Гришку летать. Эта книжка, безусловно, понравилась бы карасям, потому что их собрат Трифон – едва ли не главный герой... Да что говорить! Главное совсем не в этих чудесах. Главное – правильно выбрать. Ведь и люди, и птицы бывают разные. Как же так укрепить свою душу, свою становую ось, чтоб держала, не сломалась, помогла и вправду взлететь? Вот Гришка сумел. И писатель Погодин тоже, если написал такую светлую, лукавую и мудрую книгу.


Погодин, Р. Ожидание: три повести об одном и том же

 

Вспоминая о своем детстве, Радий Петрович Погодин рассказывал, что разные книжки раскрывал по-разному, когда принимался читать. И были такие страницы, до которых он даже не решался дотронуться пальцами. Он раскрывал их дыханием, чтоб не поранить и не порушить. Пожалуй, именно так нужно читать эту книгу. Может быть, она у Погодина – лучшая. Во всяком случае, когда впервые была напе¬чатана – сверкала, как звезда среди других детских книг. В те годы взрослые вообще учились говорить детям правду. Может быть, дети от этого слишком быстро взрослели, может быть, им было трудно и больно. Зато все, кто вступил в эту книгу несмышленым подростком, ушли из нее в свою собственную жизнь хоть немножко смелей и уверенней.


Погодин, Р. Откуда идут тучи

 

Разговаривали друг с другом совсем старая деревенская женщина и совсем маленький городской мальчик. Мальчик совершенно не знал, куда себя девать от скуки, а бабушка ему сказала: «Ты, когда тебе скучно станет, чего-нибудь делать примись или думай». Мальчик Коля удивился: «А о чем думать?». Тогда бабушка Елизавета Антоновна посоветовала: «Что увидишь – о том и думай». Вот такой получился разговор. И вся небольшая книжка коротких рассказов – именно об этом.


Погодин, Р. Что у Сеньки было

 

Сначала кажется, что на этот вопрос можно ответить самыми простыми словами, потому что были у маленького Сеньки «...мать и отец. Пес Яша свободной деревенской породы – и добрый и злой. Кошка Тоня с котятами. Зорька – корова. Васька – поросенок...» – ну и так далее. А потом рассказ потихоньку сдвигается с места, идет вместе с Сенькой по деревенской улице, от одного человека к другому, от шутейного разговора до самого серьезного дела, и вдруг все слова как будто уплывают, как облака в небе, и остается только какое-то радостное чувство, словами невыразимое. Наверное, потому, что оно – огромное.


Погодин, Р. Рассказы о веселых людях и хорошей погоде

 

Очень редко бывает, чтобы все рассказы в сборнике были действительно хорошие. Даже трудно выбрать, какой назвать первым. Может быть, про девчонку со странным именем Дубравка, которая плавала в море смелее всех мальчишек и собиралась играть в школьном кружке не Снежную королеву, а Маленькую разбойницу?.. Или о мальчишке Павлухе, который, вроде бы, задолжал деньги, а вернул свой долг совсем другой монетой?.. Нет, пусть первым будет Гришка по прозвищу Чума. Он на самом деле знает способ, как на свете жить.


 

Чем дальше, тем свободнее становилось Погодину в его новой писательской жизни. Все границы, кроме границ человеческого благородства, исчезли, рассказы будто бы сами собой превратились в сказки, речки и облака заговорили человеческими голосами, мудрый козел Розенкранц, жеребенок Миша, Змий Крылатый, Трехголовый, Огнедышащий подались к людям в друзья, а маленький мышонок Терентий в красных трусиках даже стал художником.

Погодин тоже стал художником: после пятидесяти лет вдруг начал рисовать, создавать картины одну за другой, соединять, как он говорил, чистые цвета. Почти все книги о войне он написал только для взрослых, а про свои лагерные, тюремные обиды не написал вообще.

Писатель долго и очень тяжело болел. Когда он диктовал жене последнюю книгу, то пытался громче выкрикивать слова, потому что она от слез плохо слышала. За три недели до смерти писатель в последний раз читал свои рассказы вслух на публике, в большом зале. Он и все собравшиеся знали, что это в последний раз. Но рассказы были такие трепетные, и держался Погодин так просто и доверчиво, что всякий случайный человек, ненароком заглянувший в зал, подумал, наверное: как интересно начинает этот писатель!..

Радий Погодин ушёл из жизни 30 марта 1993 года.

 

ССЫЛКИ

 Погодин Радий Петрович на сайте Википедии

 Хронос. Погодин Радий Петрович

 Библиотека русской и советской классики. Радий Петрович Погодин

 ЛитМир – электронная библиотека. Погодин Радий Петрович

 Кино-Театр.ru. Фильмография. Погодин Радий Петрович

 
 
  •  
     
  •  
     
  •  
     
  •  
     
  •  
     
  •  
  •  
     
  • pcpi

     
     
  •  
     
  •  
     
  •